Банкротство предприятия (организации)

Актуальность повышения корректности диагностики наличия ложной экономической несостоятельности и ложного банкротства определяется тем, что совершение действий, имеющих такие признаки, представляет особую опасность для общественных отношений, в связи с чем данная категория была отнесена к уголовно наказуемым правонарушениям и закреплена в ст. 238 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее — УК РБ). Законодательство об экономической несостоятельности и банкротстве является важным как с позиций обеспечения эффективности работы реального сектора экономики, так и качества кредитования и банковских активов. В законодательствах стран с развитой экономикой предусмотрены различные подходы к регулированию ситуаций криминальных банкротств и, в частности ложных банкротств.

Поскольку в практике экспертной деятельности схема диагностики наличия соответствующих признаков, введенная Инструкцией № 129, не позволяет во многих случаях достоверно диагностировать их наличие, авторами предложена новая концепция диагностики наличия признаков ложной экономической несостоятельности и ложного банкротства.

Данная концепция включает в себя:

  • — обоснование определений основных применяемых дефиниций (экономической несостоятельности и банкротства, ложной экономической несостоятельности и ложного банкротства), основанное на формулировании их признаков на основе соотнесения принципов неплатежеспособности и неоплатности с несостоятельностью и банкротством соответственно, позволяющих однозначно их дифференцировать;
  • — уточнение экономического содержания процедуры диагностики ложных банкротств и экономической несостоятельности; алгоритм ее осуществления.

Важность для кредитора предвидения банкротства как реального, так и криминального, знания базовых механизмов и схем их возможной реализации, методов диагностики наличия признаков криминальных банкротств существенно возрастает в связи с возникшими трудностями на финансовых рынках. В этой связи представляется актуальным анализ особенностей экономических механизмов диагностики криминальных банкротств, предусмотренных Инструкцией № 129. Рассмотрим, что следует знать кредитору, специалисту, применяющему на практике нормы Инструкции № 129.

Как следует из вышеприведенных определений, они отличаются лишь видом решения хозяйственного суда (о санации или ликвидации должника), что исключает саму возможность дифференцировать признаки банкротства от признаков экономической несостоятельности до вынесения решения суда. Но оно (решение) не может выступать в качестве отличительного признака экономической категории. Наоборот, то или иное решение суда должно основываться на признании или непризнании им наличия того или иного отличительного экономического признака, имеющего юридическое значение. Такая неопределенность допускает субъективизм в принятии судебного решения и может являться предпосылкой его необъективности. Она вызвана как отсутствием в научных публикациях определений экономической несостоятельности и банкротства как самостоятельных экономических категорий, так и неразработанностью в целом в экономической науке теории вопроса соотнесения с ними принципов банкротства.

За всю мировую историю института банкротства было выработано два подхода к несостоятельности (банкротству) или два принципа банкротства.

  1. Принцип неоплатности (или структуры баланса). В соответствии с этим принципом должник может быть признан банкротом, если сумма общей кредиторской задолженности должника превышает суммарную стоимость принадлежащего ему имущества, иными словами, когда организация не способна оплатить долги за счет своего имущества. В странах Западной Европы отказались от использования этого принципа в конце XIX в., а в России — в 1998 г. В белорусском законодательстве о банкротстве, наоборот, с 2000 г. он стал определяющим и реализуется через коэффициент КЗ — коэффициент обеспеченности финансовых обязательств активами, хотя в явном виде и не обозначен.
  2. Принцип неплатежеспособности (или потока денежных средств). Согласно этому принципу выявляются конкретные внешние признаки, позволяющие предположить, что должник не в состоянии отвечать по своим обязательствам перед кредиторами, так как не исполняет под угрозой банкротства финансовые обязательства на определенную сумму в течение определенного времени. Если должник под страхом ликвидации в результате банкротства не способен изыскать средства (например, реализовав часть дебиторской задолженности) для удовлетворения законных интересов кредиторов, то такой должник не в состоянии функционировать в рыночных условиях; более того, его дальнейшая деятельность может нанести ущерб интересам кредиторов (как реальных, так и потенциальных).

Данный принцип был преобладающим в Законе Республики Беларусь от 30 мая 1991 года «Об экономической несостоятельности и банкротстве» в силу опережающего проявления признаков неплатежеспособности перед признаками неоплатности, хотя в явном виде также не был обозначен.

Ранее авторами были предложены более корректные определения экономической несостоятельности и банкротства при рассмотрении их как самостоятельных экономико-правовых категорий и показана целесообразность применения принципа неплатежеспособности в отношении экономической несостоятельности, а принципа неоплатности — в отношении банкротства.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *