Генезис и классификация теории валютного курса

Генезис выражается в преемственности основных подходов к объяснению валютного курса и в данной статье представлен с позиций их деления по направлениям экономической науки, а также по научным взглядам отдельных авторов. Каждое из направлений на основе предыдущих достижений развивало собственные взгляды на определение валютного курса, которые лишь частично отражали сложную экономическую реальность, а ряд явлений в практике установления обменных курсов не объяснялся в рамках основных течений экономической мысли, что обусловило выдвижение новых теорий.

Практический интерес к проблеме установления валютных курсов в литературе Англии начала XIX в. был обусловлен актуальной для того времени дискуссией о металлических деньгах.

Неотъемлемым элементом в системе взглядов классиков была вера в закон единой цены и распространение количественной теории денег на мировую экономику. В основу представления классиков о международной макроэкономике как о стабильной динамической системе было положено убеждение о существовании механизма саморегулирования глобальной экономики. С этой позиции выравнивание национальных уровней цен и свободные переливы металлических денег будут немедленно восстанавливать как полную занятость, так и равновесие платежного баланса.

Установление обменного курса в рамках классической теории объяснялось следующим образом: если допустить, что арбитраж на рынках товаров оказывает давление на широкий паритет (валютный курс) через колебания цен индивидуальных товаров (закон единой цены), то также должен существовать высокий уровень корреляции обменного курса с совокупными ценовыми уровнями.

Данная система взглядов отражала с определенной степенью условности систему золотого стандарта, в рамках которой происходил обмен товарами и капиталами между ведущими промышленными державами того времени. В период Первой мировой войны в практике произошли изменения: в обращение вошли бумажные деньги, обмениваемые на основе гибких валютных курсов, 1921— 1925 гг. характеризовались развитием инфляции и гиперинфляции в основных развитых странах. Потребовалось объяснить, как устанавливаются валютные курсы в условиях отмены золотого стандарта.

Признание этим экономистом особой роли предложения денег в определении национального уровня цен позволяет отнести его по ряду позиций к неоклассикам. Он также ввел предположение о высокой степени субституции между торгуемыми и не-торгуемыми товарами и на этом основании определил валютный курс соотношением совокупных ценовых индексов в сравниваемых странах.

По мнению польского исследователя Е. Драбовского, абсолютный вариант теории ППС был изложен в общем виде до Г. Касселя, в то время как относительная версия является, несомненно, концепцией только Г. Касселя. И более того, он первым использовал термин «паритет покупательной способности».

Высоко оценивая научную значимость теории паритета покупательной способности (далее — ППС) Г. Касселя, необходимо особо подчеркнуть ее роль в качестве практического метода установления валютных курсов в послевоенный период, а также широкое применение международными финансовыми организациями в настоящее время. Например, когда страны во второй половине 20-х гг. XX в. попытались восстановить разрушенную финансовую систему, вернувшись к золотому стандарту, они на практике столкнулись с проблемой принятия решения: как вновь устанавливать валютные курсы с минимальным подрывом цен и национальных финансов. Г. Кассель в своих статьях (1921 г. и 1922 г.) предложил использовать ППС как средство для установления относительных золотых паритетов.

По существу, он предложил посчитать уровни инфляции посредством совокупных индексов потребительских цене 1914 г. и использовать эти инфляционные дифференциалы для калькуляций изменений обменного курса, необходимых для поддержания ППС. Эмпирическая значимость этих исследований может быть продемонстрирована на примере того, что расчеты ППС являлись одним из важных пунктов критики решения Великобритании восстановить ее довоенный монетный паритет по отношению к доллару США в 1925 г. По мнению американского исследователя К. Рогоффа: » Кассель в сравнении со своими интеллектуальными предшественниками был действительно первым, кто трактовал ППС как практическую эмпирическую теорию».

Применение в неоклассической теории маржинального анализа, введение допущения о том, что предельный продукт труда равен реальной заработной плате, позволили выделить следующие причины отклонения от ППС: отличия в потребительских предпочтениях, различная относительная производительность между секторами и различные относительные цены между торгуемыми и неторгуемыми товарами. Модифицированное уравнение валютного курса в модели Балассы—Самуэльсон а позволяет проверить, насколько изменение реального валютного курса страны определяется ростом реального ВВП на душу населения.

Неоклассическая гипотеза валютного курса подтвердилась на практике. Дж. Френкель, применяя регрессионный анализ, провел исследование, в котором сравнивал период плавания национальных валютных курсов 20-х гг. XX в. с аналогичным в 70-х гг.. Опыт 20-х гг. обеспечил поддержку ППС, в то время как в 70-х гг. мало было найдено доказательств в пользу его сохранения. Френкель объяснил подобные результаты следующим образом: в 20-х гг. шоки являлись монетарными по происхождению (по причине неадекватной денежно-кредитной политики федеральной резервной системы США), в то время как в 70-х гг. имели место реальные нарушения (например, шок на нефть). В итоге, приняв во внимание воздействие реальных факторов на валютный курс, неоклассики расширили теорию ППС и объяснили отклонение от нее даже в долгосрочном периоде.

Кейнсианское направление также внесло существенный вклад в развитие теорий обменного курса. В отличие от классической традиции, исходным пунктом которой выступала вера в закон единой цены и распространение количественной теории денег на мировую экономику, кейнсианцами исследовались закономерности его установления с позиции подхода к валютному рынку или платежному балансу. Ранние кейнсианские трактовки обменного курса разрабатывались такими авторами, как Р. Нерке, Ф. Махлуп, Г. Хаберлер.

Построение теории валютного курса происходило на основе адаптации идей Кейнса к решению международных проблем. Такие экономические явления 30-х гг. XX в., как безработица, несбалансированность платежных балансов, многочисленные девальвации ведущих валют с целью получения конкурентных преимуществ, торговые ограничения, дефолты по иностранным обязательствам и валютный контроль, характерные для индустриальных стран, не укладывались в рамки классического механизма саморегулирования глобальной экономики.

В рамках кейнсианской системы взглядов международная макроэкономика представлялась как статичный мир, который характеризовался жесткими ценами и заработной платой, безработицей и ограниченными финансовыми связями между странами. Развитием кейнсианских взглядов на экономику явилась разработка теории валютного курса чисто-потокового типа (англ. pure flows approach).

Термин «чисто-потоковая теория валютного курса» используется как иностранными, так и отечественными исследователями и является общепризнанным в экономической литературе. В моделях такого типа валютный курс определяется на валютном рынке отношениями спроса и предложения на иностранную валюту, которые представляют собой чистые потоки стоимостей от импорта и экспорта товаров.

Традиционные подходы были связаны с торговым балансом, счет движения капитала не имел места в этих моделях. Изменения в практике, такие, как рост мобильности капитала в 50—60-е гг. XX в., продемонстрировали ограниченность кейнсианской теории валютного курса чисто-потокового типа.

В рамках неокейнсианекого направления экономической науки подход к валютному курсу с позиции платежного баланса получил дальнейшее развитие. Неокейнсианская теория базируется на модели IS-LM, инвестиции являются эндогенной переменной в экономике и зависят от уровня процентной ставки. Р. Манделл и М. Флеминг в начале 60-х гг. добавили в модель IS-LM мобильность капитала, что обусловило возможность взаимодействия товарного, денежного и валютного рынков и позволило определить в этих рамках равновесный обменный курс.

Таким образом, в формировании валютного курса потоки товаров и капиталов участвуют совместно. В модели Манделла—Флеминга (М—Ф) при чистом колебании валютный курс будут уравновешивать потоки спроса и предложения на иностранную валюту, а сальдо платежного баланса должно быть равно нулю. В состоянии равновесия любой избыток текущего счета (поток предложения иностранной валюты) должен быть точно компенсирован дефицитом капитального счета (поток спроса на иностранную валюту), и наоборот. В модели М—Ф валютный курс зависит от соотношения между изменением сальдо движения капитала, которое является функцией процентной ставки и изменением сальдо торгового баланса, зависящим от национального дохода.

Моделирование в базовой версии модели М—Ф счета движения капитала аналогично текущему счету как потоковой функции от относительных процентных ставок противоречило действительности и выступало существенным ограничением неокейнсианского анализа. По причине непринятия во внимание роли обменного курса в уравновешивании спроса и предложения запасов модель М—Ф в своих ранних версиях не смогла предложить объяснение высокой изменчивости валютных курсов, характерной для 70-х гг.

В результате возникли принципиально иные подходы к определению валютного курса — современные теории финансовых активов. Они базируются на принципе запасового равновесия международных финансовых рынков, которое характеризуется наличием желаемого набора активов у каждого инвестора, а именно: потоки капитала прекращаются в том случае, когда инвесторы довольны своим портфелем активов и не планируют его менять.

Современные теории финансовых активов подразделяются на два основных направления: монетарные теории обменного курса, теории портфельного баланса. По мнению Р.Дорнбуша, теории финансовых активов определяют валютный курс как относительную цену денег (в монетарном подходе) или как относительную цену активов (в портфельном подходе.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *