Кредитно-инвестиционное сотрудничество Беларуси и Китая

В настоящее время сотрудничество Беларуси и Китая в кредитно-инвестиционной сфере в основном можно рассматривать как проектное финансирование, то есть привлечение кредитных ресурсов китайских банков для финансирования крупных инвестиционных проектов (Минские ТЭЦ-2, ТЭЦ-5, цементные заводы, Березовская, Лукомльская ГРЭС и пр.). При этом эти инвестиционные проекты реализуются, как правило, путем проектирования, поставки, монтажа и строительства объектов китайской стороной. Китайская составляющая в проекте — от 30% (иногда от 50%) и зависит от требований китайского банка и страховой компании. Иногда ключевое оборудование для проекта произведено в третьей стране (США, Япония, ЕС) или в Китае, но западными компаниями. Часто условием привлечения китайского финансирования является поставка ключевого оборудования китайского производства. Участие белорусских субподрядчиков может быть регламентировано условиями коммерческого контракта, которые оговариваются сторонами.

Финансирование проектов осуществляется кредитами китайских банков (как правило, кредит составляет 85% от суммы контракта). В данном случае не предусматривается привлечение прямых или портфельных китайских инвестиций в проект. С одной стороны, это выгодно белорусской стороне, которая сохраняет право собственности на объект, с другой стороны — китайской, которая минимизирует риски прямых инвестиций и управления объектом.

Проектное финансирование как форма кредитно-инвестиционного сотрудничества имеет ряд преимуществ для Беларуси.

Во-первых, белорусские проекты финансируются китайскими кредитами, которые для Беларуси пока дешевле европейских и российских, особенно за счет низкой стоимости страховой премии, предлагаемой Китайской корпорацией страхования экспортных кредитов SINOSURE (в среднем она составляет 6-7%). Для сравнения: премия немецкой страховой корпорации ГЕРМЕС в предкризисный период для белорусских заемщиков составляла 10—12%. Это связано с тем, что Китай пока не входит в число стран ОЭСР, поэтому его экспортные кредитные и страховые агентства имеют свои подходы к оценке рисков.

Во-вторых, китайские кредиты — связанные, то есть целевые, и по итогам их использования имеется конкретный эффект в реальном секторе экономики в виде строительства или модернизации объекта. При этом нет отвлечения внутренних инвестиций для реализации проектов в текущем периоде. Связанные кредиты не могут быть использованы на финансовом рынке, например для поддержания курса, поэтому риски их невозврата по сравнению с несвязанными кредитами ниже, так как обусловлены в большей степени микроэкономикой финансируемого проекта, чем макроэкономической ситуацией в стране. В этой связи финансируемые проекты должны быть исключительно экономически эффективными (экспортно-ориентированными, валютоокупаемыми или импортозамещающими).

В-третьих, в текущем периоде обеспечивается приток валюты в страну, поскольку белорусские субподрядчики получают оплату своих услуг от китайского генподрядчика в иностранной валюте за счет китайских кредитов. При экспортной ориентации проекта (например, строительство китайской компанией целлюлозного завода в Светлогорске) также ожидается приток валюты в будущем периоде.

В-четвертых, стоимость китайских коммерческих предложений пока ниже, чем у конкурентов из других стран. Однако ситуация в ближайшие годы может измениться. Сегодня китайская цена на сопоставимый по качеству продукт бывает ниже зарубежных конкурентов на 5—15%, редко — на 30% (хотя еще 3—5 лет назад разница могла доходить до 40—50%). Бывают случаи, когда китайская цена выше зарубежной. В связи с ожидаемой ревальвацией китайского юаня (по разным оценкам, от 5 до 40%), ростом заработной платы в КНР, повышением внутренних цен, разработкой собственных конкурентоспособных технологий, созданием мировых брендов китайская цена в ближайшие три года может сравняться с мировой. Временным преимуществом китайской цены может остаться лишь ее снижение при входе и освоении новых рынков, которых для Китая становится все меньше.

Среди возможных недостатков проектного финансирования в рамках белорусско-китайского кредитно-инвестиционного сотрудничества, особенно в современных условиях, можно выделить рост импорта, связанный с реализацией проектов, а также увеличение внешнего долга. Однако такой импорт является высокотехнологичным, то есть инвестиционным. В общем импорте из КНР в Беларусь за первое полугодие 2011 г. он составил около 20%. Вопрос внешнего заимствования является более сложным и требует отдельного рассмотрения.

В декабре 2009 г. Эксимбанк Китая открыл кредитную линию Правительству Республики Беларусь на финансирование инвестиционных проектов на сумму 5,7 млрд. долл. США. В марте 2010 г. Государственный банк развития Китая подписал соглашение о финансовом сотрудничестве с Министерством финансов Республики Беларусь, которое предполагает кредитное финансирование проектов на сумму 8,3 млрд. долл. В июне 2010 г. Правительство Китая через Эксимбанк КНР открыло Беларуси льготную кредитную линию в размере I млрд. долл. В сентябре 2011 г. было объявлено об открытии правительством КНР еще одной льготной кредитной линии в I млрд. долл. Все эти кредитные линии открыты для финансирования проектов в нашей стране с участием китайских поставщиков и подрядчиков. Для льготной кредитной линии в I млрд. долл. США уже определены конкретные условия и три проекта для финансирования: Лукомльская, Березовская ГРЭС и национальный аэропорт. По остальным кредитным линиям условия и проекты предметно не установлены. Существуют предварительные списки проектов, но они могут изменяться. Условия кредитов являются рыночными.

Переговоры с китайскими партнерами требуют специальной подготовки, учета культурных и деловых особенностей китайской стороны. При этом правила китайского делового этикета особенно актуальны при переговорах по условиям кредитования, которые ведут непосредственно сами китайские банкиры. Несмотря на то, что доля китайских банкиров с западным образованием в банковской системе Китая стремительно растет (это особенно отмечается в таких банках, как IС ВС, CITIC Bank, регулирующих банковских органах), что существенно сглаживает культурные отличия, тем не менее некоторые особенности пока сохраняются при переговорах, например, с Эксимбанком и Госбанком развития Китая. Это связано с тем, что Эксимбанк — единственный государственный банк в Китае, а Госбанк развития был акционирован только в 2009 г. При обсуждении юридических норм кредитного соглашения большинство китайских банков, в том числе Госбанк развития Китая, привлекает международные юридические компании. Например, при переговорах по проекту кредитного соглашения по финансированию реконструкции Минской ТЭЦ-5 от имени Госбанка развития Китая выступали юристы известной международной компании White & Case. В таких случаях требуются практические навыки в сфере международного права. С белорусской стороны успешный опыт переговоров с китайскими банками имеют Министерство иностранных дел, Министерство финансов, Беларусбанк, Белорусская железная дорога, Министерство энергетики.

В целом открытие кредитных линий КНР на общую сумму 16 млрд. долл. США является беспрецедентным событием и для Беларуси, и для Китая. Для сравнения: в 2009 г. Китай объявил об открытии кредитной линии всей Африке в размере 10 млрд. долл. Главной причиной открытия Беларуси кредитных линий на большие суммы является высокий уровень двусторонних дружественных политических отношений. При этом китайская сторона объективно оценивает экономические риски кредитования. Возможным механизмом минимизации кредитного риска является СВОП-соглашение между Национальным банком Республики Беларусь и Народным банком Китая на сумму 3 млрд. долл. США в эквиваленте. В случае возникновения долговых проблем в Беларуси китайские банки могут обратиться в свой центральный банк с просьбой предоставить белорусской стороне возможность временного перекредитования из СВОП-ресурсов в юанях. К тому же, несмотря на открытые возможности, темпы выборки кредитных линий белорусской стороной пока не существенны. Это объясняется следующими причинами.

Во-первых, поскольку основным заемщиком обычно выступает Министерство финансов, а размеры внешнего государственного долга имеют свои пределы, то и наращивание прямого заимствования Правительством должно объективно сокращаться. В свою очередь, белорусские предприятия в большинстве своем не имеют МСФО, и только переход на международную отчетность позволит им быть самостоятельными заемщиками. Белорусские банки с учетом национального регулирования могут на приемлемых условиях привлекать кредиты в размере до 100 млн. долл. США.

Во-вторых, приоритетом в Беларуси становится привлечение прямых иностранных инвестиций, поэтому акцент в двустороннем кредитно-инвестиционном сотрудничестве смещается с кредитного на инвестиционный.

В цепочке белорусско-китайских экономических отношений стороны прошли этапы торговли, кредитования и в настоящее время находятся на рубеже перехода от кредитного сотрудничества к инвестиционному. Современное инвестиционное движение Беларуси и Китая навстречу друг другу совпало, с одной стороны, с начавшимися в Беларуси процессами приватизации, преобразования РУП в ОАО, общего привлечения прямых иностранных инвестиций для финансирования дефицита текущего счета платежного баланса. С другой стороны, двойной профицит платежного баланса в Китае приводит к выталкиванию китайских капиталов за рубеж. Безусловно, экономические потенциалы Беларуси и Китая не позволяют всерьез говорить об их взаимодополняемости. Тем не менее появившиеся тенденции удачно совпали и имеют хорошие перспективы совместного развития.

Движущей силой прямых китайских инвестиций за рубежом являются крупные, часто государственные, китайские корпорации, которые имеют опыт международного сотрудничества и в первую очередь идут на слияние и поглощение зарубежных компаний. В связи с тем, что китайские компании в международной инвестиционной сфере имеют в основном богатый опыт подрядных работ, финансируемых за счет кредитов, в целом в вопросе прямого инвестирования, и в отношении Беларуси в частности, происходит трансформация из психологии подрядчика и кредитора во владельца и инвестора. По мнению доктора Оксфордского университета г-жи Д. Мойо, в отличие от кредитора инвестор менее опасается за свои капиталовложения и более склонен к риску для получения высокой прибыли. Кредитор же более консервативен, и его мотивацией служит желание вернуть предоставленные ресурсы и получить соответствующие проценты. В этой связи кредитор эволюционирует в инвестора при готовности взять на себя более высокий риск капиталовложений. Данный путь трансформации, на котором в настоящее время находятся китайские компании, в начале 1990-х гг. прошли зарубежные компании и банки в Китае, заменив кредитное финансирование проектов прямым инвестированием.

Трансформация проектного финансирования в прямые инвестиции Китая в Беларуси может осуществляться как путем акционирования и приватизации модернизированных китайскими компаниями предприятий (например, цементных заводов), так и путем привлечения китайских подрядчиков к прямому инвестированию в иные проекты. Перспективной формой привлечения прямых китайских инвестиций в Беларусь является использование инвестиционных агентов. В данном случае наиболее эффективными инвестиционными агентами могут служить крупные инвестиционные банки, например, инвестиционный банк CICC (China International Capital Corporation Ltd.) или Экспортно-импортный банк Китая, которые обеспечат поиск стратегических китайских инвесторов для создания совместных предприятий в Беларуси, сопроводят и гарантируют проведение сделки, организуют первичное размещение акций белорусских или совместных предприятий на международных рынках, предоставят кредиты.

По данным Белстата, в2010г. в Беларусь поступило прямых китайских инвестиций в размере 28,5 млн. долл. США, в I квартале 2011 г. — 5,4 млн. долл. Наиболее успешным примером прямых китайских инвестиций является со-здание в 2007 г. совместного предприятия между белорусским холдингом «Горизонт» и китайской корпорацией Midea. В 2010 г. китайский партнер увеличил свою долю в этом СП с 30 до 51%.

Основой для массового прихода прямых китайских инвестиций служат китайские подрядчики, которые имеют опыт работы на белорусском рынке. Преобразование китайских подрядчиков и кредиторов в инвесторов обусловлено инвестиционным климатом Республики Беларусь, который могут оценить сами китайские компании. При двух опросах с разницей в 1,5 года 30 различных китайских компаний и банков, работающих в Беларуси, получена оценка и динамика инвестиционного климата Республики Беларусь с точки зрения потенциальных китайских инвесторов.

При сравнении результатов оценки китайскими специалистами инвестиционного климата в Беларуси в начале 2010 г. и середине 2011 г. можно отметить пусть незначительную, но положительную динамику по 6 из 10 вопросов, связанных с общим улучшением инвестиционного климата, развитием рыночной экономики, отношением белорусов к китайским инвесторам, приоритетности инвестирования в Беларусь и пр. По 4 из 10 вопросов, связанных с инфраструктурой, трудовыми ресурсами, законодательством, работой банков, ситуация в Беларуси, по мнению китайских компаний, за 1,5 года не изменилась.

Проблемы внешнего долга и отрицательного внешнеторгового сальдо напрямую связаны между собой. Их корреляция в условиях дефицита счета текущих операций требует постоянной компенсации последнего путем привлечения финансовых ресурсов из-за рубежа для обеспечения положительного сальдо платежного баланса страны, что в свою очередь детерминируется необходимостью устойчивого развития экономики.

При этом валютные поступления в экономику идут по двум основным направлениям: через заимствования (кредиты, средства от размещения облигаций) или прямые иностранные инвестиции (ПИИ). Однако ПИИ решают задачу внешнеэкономической сбалансированности только на начальном этапе (в отчетном году). В процессе их окупаемости, в условиях недостаточной деловой привлекательности реципиентной экономики, прибыль не обязательно будет реинвестироваться в расширение производства, она может конвертироваться и выводиться из страны в более благополучные, с точки зрения инвестора, регионы мира, создавая тем самым дополнительную нагрузку на внутренний валютный рынок. Поэтому рассматривать ПИИ только в качестве механизма компенсации дефицита во внешней торговле через профицит по финансовому счету и счету операций с капиталом — это слишком упрощенный подход. Основная задача таких инвестиций все-таки состоит в другом — в технологическом обновлении отечественного производства, которое позволит повысить конкурентоспособность белорусской продукции и увеличить долю добавленной стоимости в ее экспорте, что естественным образом разрешит проблему выхода на положительное сальдо по внешнеторговым операциям.

Для этого капитальные вложения в экономику должны быть как минимум удвоены, но за счет чего? Как следует из таблицы, доля иностранных источников (без кредитов иностранных банков) в инвестициях в основной капитал все последние годы в Беларуси не превышала 2%, а общий размер ПИИ в реальный сектор экономики составлял от 0,5 млрд. долл. США в год в 2005 г. до 5,6 млрд. долл. США в год в 2010 г.

Недостаточная активность иностранных инвесторов актуализирует проблему привлечения альтернативных источников капитальных вложений в реальный сектор экономики, в первую очередь за счет внутренних резервов страны. Таким потенциальным источником являются сбережения населения.

Как показывает статистика, накопления граждан, размещенные в виде депозитов в белорусских банках, на 01.12.2009 составили 6,3 млрд. долл. США, а на 01.12.2010 — 7,5 млрд. долл. США. При этом более половины из них (55—57%) находились на валютных счетах. Если принять во внимание тот факт, что это только видимая «часть айсберга» и, по оценке ряда экспертов, сбережения белорусов, хранящиеся в «стеклянных банках», по своим размерам сопоставимы с вложениями в коммерческие банки, то со всей определенностью можно сделать вывод о том, что в домашних хозяйствах страны накоплен значительный финансовый капитал, однако он используется только в виртуальном секторе экономики, работая в основном как короткие деньги и лишь частично (опосредствованно через инвестиционные банковские кредиты) влияя на процесс инновационной модернизации производства.

При этом инвестиционные возможности реального сектора белорусской экономики остаются явно недооцененными. Только емкость отечественного рынка акций оценивается экспертами на начало текущего года в размере II трлн. рублей, или 6,7% к ВВП. Согласно Программе развития рынка ценных бумаг Республики Беларусь на 2011—2015 годы он должен возрасти к 2016 г. до 23% к ВВП. Доля же свободно обращающихся акций, распределяемых среди малых и средних инвесторов, должна составить не менее 20—25% от общего объема эмиссии. В качестве же одного из негативных аспектов в данном контексте отмечается отсутствие (при недостаточной приватизации) инвестфондов как значимого инфраструктурного института фондового рынка.

Выходом из сложившейся ситуации (когда у населения на руках имеется достаточно большое количество денежных средств, а реальный сектор экономики испытывает в них острую потребность) может стать использование такого инструмента коллективного инвестирования, как паевые инвестиционные фонды (ПИФы). Они представляют собой эффективный механизм роста капитализации производственных предприятий, поддерживающий оптимальный баланс интересов обеих сторон на финансовом рынке.

Паевые инвестиционные фонды исторически являются первой формой инвестиционного фонда. Первый в мире ПИФ был создан в Бельгии в 1822 г., позже в Швейцарии (1849 г.) и во Франции (1852 г.). Наибольшее распространение ПИФы получили в США и Великобритании, где были основаны в конце XIX в..

В США капитализация ПИФов оценивается примерно в 1,5 трлн. долл. США, и участвует в них порядка 70% населения. Этой системе коллективного инвестирования принадлежит около 60% всего акционерного капитала страны.

В России ПИФы появились в начале XXI в.: в 2001 г. действовало 50 паевых инвестиционных фондов и 26 управляющих компаний с общей суммой активов около 9 млрд. росс. руб. В настоящее время это динамично развивающаяся конкурентная отрасль, в которой работают более 300 управляющих компании, тысяча фондов с активами примерно 300 млрд. росс. руб. Примечательно, что за январь — март 2011 г. российские граждане принесли в паевые инвестиционные фонды более 3,2 млрд. росс. руб..

У небольшой части населения Республики Беларусь уже есть некоторый опыт участия в паевых инвестиционных фондах Российской Федерации. Поясним, что операция по приобретению инвестиционного пая паевого инвестиционного фонда России является валютной операцией, которая связана с движением капитала. Физические лица, которые являются резидентами нашей страны, осуществляют указанные операции на основании разрешения Национального банка Республики Беларусь. Однако нельзя забывать, что гражданин Республики Беларусь, выступая инвестором, самостоятельно несет обязанности и риски, связанные с вложением инвестиций в паевые инвестиционные фонды.

Свой опыт по работе с ПИФами имеет и Республика Казахстан, чему во многом способствует действующая в стране программа по повышению финансовой грамотности населения. К началу 2011 г. ПИФы аккумулировали уже 2,2 млрд. тенге. Наиболее прибыльные из них, ориентированные на еврооблигации и государственные ценные бумаги, добились весьма высокой доходности, которая по итогам 2010 г. составила до 25%.

Пока это небольшие успехи, но первый шаг сделан. Конечно, в период продолжающегося экономического кризиса финансы стремятся в наиболее прибыльный в этих условиях банковский сектор, доходность на рынке которого априори выше прибыли по акциям производственных предприятий. Но здесь нельзя забывать о стремлении частных инвесторов к долгосрочной надежности вложений, ведь в условиях угрозы девальвации национальной валюты собственность, выраженная в форме акций (особенно высоколиквидных предприятий), выглядит куда привлекательнее, чем денежные депозиты.

Главное преимущество ПИФов, с точки зрения вкладчиков, состоит в том, что средства многих мелких частных инвесторов формируют единый портфель, благодаря чему они инвестируются на более выгодных условиях, чем если бы каждый из них инвестировал свои сбережения самостоятельно. При этом они получают возможность самостоятельно выйти на рынок капитала и осуществлять вложение средств наравне с крупными инвесторами, такими как, например, банки или страховые компании.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *