Реформирование международной финансовой архитектуры

Несмотря на активное использование термина «международная финансовая архитектура» (МФА), существует несколько подходов к определению его экономического содержания. По определению Международного валютного фонда, МФА — это «институты, рынки, правила игры и практика, которые правительство, бизнес и индивидуальные участники осуществляют обычно в своей экономической и финансовой деятельности».

С переходом к Ямайской валютной системе риск валютных операций увеличился, что привело к распространению производных финансовых инструментов. Они постепенно наводнили мировые рынки и оказались одной из причин их волатильности и распространения спекулятивных операций. Открытие национальных экономик для движения капитала усилило уязвимость как национальной, так и всей мировой экономики. В середине 90-х гг. XX в. разразилась череда финансовых кризисов, наиболее крупными из которых стали мексиканский (1994), азиатский (1997—1998), российский (1998), бразильский (1999), турецкий (2000), аргентинский (2001).

Анализируя их причины, эксперты указывали на два фактора:

  • возникновение так называемой «инфекции», то есть заражения одними пораженными кризисом странами других через каналы трансграничных переливов капиталов;
  • предоставление МВФ ряду стран кредитов для оздоровления экономики, которые побуждали частных инвесторов идти на неоправданный (моральный) риск.

Он возникает, если одна из сторон сделки имеет возможность переложить все издержки на другую сторону. Международные финансовые институты оказались не в состоянии предотвратить и эффективно противодействовать разразившимся кризисам. По оценке американского финансиста Дж. Сороса, методика МВФ «была рассчитана на преодоление дисбалансов в государственном секторе, а понимание того, как функционируют финансовые рынки, оставляло желать лучшего»». Анализируя поведение МВФ до и в период кризиса 1997—1999 гг., он указал на две главные проблемы: «одна из них связана с ассиметрией между мероприятиями по предотвращению кризиса и по борьбе с ним; другая — с ассиметрией в отношениях с кредиторами и должниками», а также на ошибки МВФ в области экономической политики (ошибки в определении причин и масштабов кризиса). С его точки зрения, сложившаяся ситуация была обусловлена такими обстоятельствами, как: «…МВФ не может активно вмешиваться во внутриэкономическую политику стран-членов за исключением кризисных ситуаций, когда соответствующие страны обращаются к нему за помощью»; «МВФ не имеет достаточных ресурсов для выполнения функций кредитора последней инстанции»; лоббирование МВФ национальных интересов стран, являющихся его ключевыми членами13.

Развернувшаяся дискуссия, прежде всего, затронула вопрос о создании новых и реформировании существующих международных финансовых институтов, при этом высказывались диаметрально противоположные точки зрения. Например, Ч. Виплош и Международный центр денежных и банковских исследований в Женеве (1999 г.) предлагали провести радикальную реформу МВФ, для того чтобы дать ему большую ответственность и большую самостоятельность относительно государств — членов МВФ, а Дж. Итвел и Л. Тейлор — заменить все международные финансовые институты на Всемирное финансовое управление.

В 1999 г. была создана специальная Комиссия Конгресса США по вопросам реформы международных финансовых организаций. Ее возглавил известный экономист А. Мелтцер. В марте 2000 г. Комиссия представила Конгрессу США отчет, в котором содержалось 12 критических замечаний в адрес МВФ15:

  • кредитуя суверенных заемщиков, МВФ препятствует разрешению кризисов внешней задолженности, так как не создает стимулов для уступок кредиторов при реструктуризации долга, а сами страны, рассчитывая на поддержку Фонда, неохотно идут на сложные переговоры о реструктуризации задолженности, включая списание долга;
  • слишком велика степень контроля МВФ над экономической политикой стран;
  • несмотря на свое влияние на развивающиеся страны, МВФ не в состоянии добиться выполнения ими условий программ Фонда;
  • очевидны существенные недостатки в системе управления финансовыми ресурсами и отчетностью этой организации;
  • ведущие промышленно развитые страны, в частности США, используют МВФ как инструмент для достижения своих политических целей;
  • операции МВФ не только не приносят пользы развивающимся странам, но в случае поддержки Фондом операций по спасению частных кредиторов наносят существенный вред их экономике;
  • структура управления МВФ не позволяет добиться его независимости и полной подотчетности перед акционерами, а также дает возможность странам «большой семерки» использовать его в качестве инструмента своей политики;
  • навязанные МВФ ряду стран варианты режима фиксированных курсов, которые способствовали возникновению финансового кризиса 1997—1999 гг.;
  • теоретические концепции, лежащие в основе используемых Фондом экономических моделей и прогнозов, во многом несостоятельны;
  • функции МВФ слишком широки и вступают в противоречие с деятельностью других МФО;
  • МВФ не в состоянии оказывать странам достаточную ликвидную поддержку во время кризисов;
  • помощь МВФ не создает долгосрочных стимулов и ориентиров, ускоряющих процессы реформ.

По мнению названной комиссии, критика в адрес МВФ связана с тем, что за последнее время его роль, полномочия и ответственность значительно возросли. Комиссия рекомендовала пойти по пути существенного уменьшения сферы деятельности МВФ и сокращения его функций до трех16: оказание краткосрочной поддержки платежеспособным странам, испытывающим ликвидные затруднения, при запрещении использовать эти средства на цели погашения задолженности перед частными кредиторами; сбор и публикация статистических данных для того, чтобы иметь четкие представления об экономическом положении стран — членов МВФ; предоставление рекомендации по вопросам экономической политики в рамках консультаций в соответствии со статьей 4 устава МВФ.

Дж. Сорос, напротив, выступил с критикой рекомендаций комиссии А. Мелтцера по резкому ограничению функций международных финансовых институтов. Он считал, что «…необходимы более мощные, лучше функционирующие финансовые институты, а не ослабленные и вынужденные непрерывно отбивать атаки критиков».

На саммите Большой семерки в июне 1999 г. в Кельне было принято решение сосредоточить усилия мирового сообщества на четырех направлениях реформирования МФА: углубление координации действий по укреплению и реформированию международных финансовых институтов и финансовой политики; повышение прозрачности мировых финансовых рынков; усиление финансового регулирования в промышленно развитых странах; разработка принципов участия частного сектора в преодолении кризисных ситуаций.

В целом был взят курс на усиление роли МВФ в мониторинге мировой финансовой ситуации и улучшении отчетности о его деятельности. В целях достижения прозрачности финансовых рынков международным финансовым организациям, государственным органам и частному капиталу рекомендовалось активнее вводить информационную открытость, обращалось внимание кредиторов и инвесторов на более жесткий подход к оценке и управлению рисками.

Было принято решение об усилении контроля за экономическими институтами с высоким левериджем (превышением заемного капитала над собственным) с целью недопущения чрезмерной концентрации рисков, а также о соблюдении оффшорными банковскими центрами международных норм ведения финансовых операций, а для частного сектора — разработаны два основных принципа: заемщики должны нести ответственность за выполнение своих обязательств полностью и в срок и т.д.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *