Современная версия дилеммы Триффина: нужна новая международная валюта

Новое — хорошо забытое старое» — гласит известная пословица. Но исследование причин и факторов международного финансово-экономического кризиса, среди важнейших из которых выделяются такие, как дефицит сбережений в США (норма сбережений населения накануне кризиса была близка к нулевой) и их избыток в развивающихся странах (особенно в Китае), хронические дефициты платежного баланса и государственного бюджета США, перекредитование домашних хозяйств и другие, позволяет прийти к выводу, что это «хорошо забытое» не такое уж и «старое».

Дилемма Триффина. Главный дисбаланс, который обусловил возникновение перечисленных выше факторов, — это «дисбаланс функций доллара как национальной и мировой валюты». Он связан с так называемой «дилеммой Триффина», которая была сформулирована еще в эпоху золотого стандарта в 1960 г. (работа R. Triffin «Gold and the Dollar Crisis: The future of convertibility», 1960).

Дилемма Триффина подчеркивала противоречивость функций доллара США как одновременно национальной и международной валюты и невозможность его обеспечения золотом, при том, что, с другой стороны, он вроде бы и должен быть им обеспечен, в том случае, если денежная система основана на золотом стандарте. Фактически она была направлена против последнего. И действительно золотой стандарт, как известно, прекратил свое существование с 1971 г. Но оказалось, что отказ от него отнюдь не устраняет противоречий, которые составляют суть дилеммы Триффина. Однако если до 1971 г. данная дилемма, как многим представлялось, относилась к сфере валютного устройства, то и после отмены золотого стандарта она не была устранена, а превратилась из валютной в макроэкономическую. Ее содержание в современной версии можно сформулировать следующим образом. Совокупный спрос на доллар США как на основную международную валюту завышен по сравнению с тем его уровнем, который сложился бы в том случае, если бы он определялся конкурентоспособностью американской экономики и ее внутренним спросом на деньги. Это ведет к завышению курса доллара и возникновению дефицита баланса текущих операций. Но последний не может сохраняться вечно и подрывает устойчивость доллара США, доверие к нему как к основной резервной валюте. Такова теоретическая схема. Практически же после отмены золотого стандарта альтернативы доллару США как основной резервной валюты до сих пор не нашлось.

Долгосрочная динамика макроэкономических дисбаланса « США. В макроэкономическом аспекте главное заключается в том, что завышенный спрос на доллар США приводит также и к завышению его курса по сравнению с соответствующим нулевому сальдо баланса экспорта и импорта. Это проявляется в хроническом дефиците внешнеторгового баланса.

Если в 1960-х гг. баланс текущих операций США был преимущественно положительным, в 1970-х гг. — примерно нулевым, то с начала 1980-х гг. наблюдался стремительный рост его дефицита. В целом за последний почти тридцатилетний период суммарное отрицательное сальдо баланса текущих операций составило около 160% к ВВП. То есть потребление американцев все это время было завышенным по сравнению с производственными возможностями экономики, а уровень сбережений — заниженным. Этот дефицит дополнялся бюджетным.

Начиная с 1971 г. лишь в период 1998—2001 гг. бюджетный дефицит сводился с положительным сальдо, во все остальные годы он был с отрицательным значением. Суммарная величина дефицита за все эти годы составила более 80% от ВВП.

Не менее впечатляющим был рост долларового денежного предложения.

Сумма долларовой денежной базы увеличилась с 1971 г. по 2007 г. более чем в 9 раз, а в течение посткризисного периода (2008—2009 гг.) — еще почти в 2,5 раза (с 814,3 млрд. долл. до I 941,7 млрд. долл. США).

Таким образом, дисбалансы между производством и потреблением, сбережениями и инвестициями являются естественным дополнением дисбаланса функций доллара США как национальной и мировой валюты. Это свидетельствует о необходимости коренного реформирования международной денежно-кредитной системы. Кроме указанных причин есть и другие. К ним можно отнести рефлексивность финансового рынка, наличие в современной финансовой сфере мощных эффектов асимметрии информации в сочетании с распространением деривативов.

Все это в совокупности стало той основой, благодаря которой произошел последний финансово-экономический кризис. Поэтому одним из направлений реформирования международной денежной системы, реализация которого должна обеспечить придание ей достаточной устойчивости, является появление новой наднациональной мировой валюты.

Необходимость новой мировой валюты. По нашему мнению, на международном уровне целесообразно введение новой наднациональной валюты, основанной на золотом стандарте.

Устранение дисбаланса функции доллара США как одновременно национальной и международной валюты в рамках действующей институциональной структуры невозможно. Кроме того, национальные органы денежно-кредитного регулирования склонны к проведению чрезмерно эмиссионной монетарной политики. Введение золотого стандарта является надежным средством для предупреждения такой практики. Вместе с тем на национальном уровне введение золотых денег проблематично в связи с тем, что это сопряжено с переходом к жестким валютным курсам, что вряд ли приемлемо для многих государств. Кроме того, исторический опыт свидетельствует о том, что национальные органы денежно-кредитного регулирования так или иначе нарушали нормальное функционирование механизма золотого стандарта из-за стремления получить выгоду от эмиссии. Поэтому можно сделать вывод, что будущее де-нежно-кредитной системы связано с введением новой наднациональной валюты, обеспеченной золотом. Этот шаг позволит, кроме прочего, сформировать эффективную систему международного надзора за макроэкономической стабильностью и финансовой устойчивостью. Важно также, что золотой стандарт, являясь основой международной валюты, не позволит ни одной стране (или группе государств) в той или иной форме лоббировать свои интересы.

По поводу предложений многих экономистов ввести международную валюту на основе некой «корзины базовых товаров» следует отметить, что в данном случае более предпочтителен вариант золотого стандарта. Ведь золото само по себе является «базовым товаром». Определение же некой корзины — непростая задача в методическом плане. Кроме того, структура мирового производства, потребления и торговли постоянно меняется. Все это обусловливает множество сложностей и неизбежность определенного субъективизма при определении и корректировке данной корзины.

Что касается национальных денежных систем, то на данном уровне введение золотого стандарта бесперспективно. Главная причина этого — его жесткость. По поводу аргументов сторонников золотого стандарта5, которые доказывают (порой весьма убедительно), что такая система может стать основой стабильного функционирования национальной экономики, следует заметить, что практически все они в методологическом плане стоят на ультрарыночных позициях» (многие из них являются приверженцами австрийской школы). Иными словами, они исходят из того, что рыночный механизм универсален и в состоянии ликвидировать все экономические дисбалансы. Однако в действительности существующие в экономических системах трения, эффекты асимметрии информации, нерыночные цели государственной национальной социально-экономической политики делают рассуждения, основанные на идеальных рыночных моделях, в значительной степени схоластическими, хотя и не лишенными смысла для понимания реальных экономических процессов. Например, дилемму Триффина, рассмотренную выше, в принципе можно снять, если исходить из методологического ультрарыночного радикализма. Ход рассуждений может быть таким. Повышенный спрос на доллар США ведет к его укреплению. Отсюда возникает дефицит платежного баланса. Это ведет к снижению степени его обеспечения золотом (в случае действия золотого стандарта) и (или) росту внешней задолженности. Последнее должно влиять на снижение доверия к доллару США и вести к девальвации, которая должна устранить внешнеторговый баланс. Однако в действительности ничего подобного не наблюдалось. В США начиная с 1982 г. баланс текущих операций был дефицитен.

Другие условия финансовой стабильности. Важную проблему в мировом масштабе представляет также распространение деривативов, что приводит к гиперрефлексивности финансовых рынков, когда амплитуда отклонений рыночных котировок от их фундаментальных значений становится очень значительной. Как свидетельствуют результаты анализа причин мирового финансово-экономического кризиса, это может привести к дестабилизации финансовой системы и экономики в целом.

Вместе с тем существующие в настоящее время предложения о том, чтобы запретить или ограничить применение деривативов.

В прошлом такие попытки уже предпринимались (например, по отношению к фьючерсным контрактам), но они не были успешными, так как производные инструменты обладают весьма ценными свойствами для операторов финансового рынка и финансовых менеджеров. Достижение финансово-экономической стабильности в современных условиях должно осуществляться не столько за счет рестрективного регулирования операций с деривативами, сколько путем совершенствования институциональной системы регулирования поведения финансовых и экономических субъектов.

Важнейшим структурным элементом такой системы, который практически отсутствует в настоящее время, является система мак-ропруденциального надзора. Она имеет два следующих принципиальных отличия от действующей традиционной системы пруденциального надзора.

  • Во-первых, система норм и нормативов, которые устанавливаются, должны быть динамичны и дифференцированы по группам кредитно-финансовых учреждений.
  • Во-вторых, конкретные значения указанных норм и нормативов должны зависеть от ситуации в денежно-кредитной, финансовой сферах и экономики в целом.

Кроме того, данная система должна распространяться на все финансовые учреждения, а не только на банковские. Формирование подобной системы должно осуществляться как на международном уровне, так и на уровне отдельных государств.

Данная статья опубликована с целью ознакомления. С полным текстом Вы можете ознакомиться в журнале Банковский вестник.

Статья: Современная версия дилеммы Триффина: нужна новая международная валюта Анатолий ТИХОНОВ

В Республике Беларусь еще недостаточно развит финансовый рынок, у предприятий практически нет долгосрочных финансовых активов, которые могли бы служить обеспечением под кредиты, а значительная часть кредитных ресурсов распределяется посредством государственного нормирования, в результате зачастую вопреки рыночной логике отдается приоритет не наиболее состоятельным, а наоборот, слабым в финансовом отношении предприятиям.

В связи с этим представляется нецелесообразным в условиях белорусской экономики исследовать те варианты трансмиссии, которые основаны на эффектах изменения капитализации компаний, влияющей на риск кредитования и процентную премию за риск. По этой причине в настоящем исследовании рассматривался только один так называемый узкий канал кредитования, основанный на эффекте изменения ликвидности в экономике Республики Беларусь под воздействием реализуемой Национальным банком денежно-кредитной политики.

Чтобы проверить гипотезу о существовании в белорусской экономике канала кредитования, строились VaR-модели, содержащие в составе своих эндогенных переменных три показателя: целевой показатель реального выпуска (разрыв ВВП или объема промышленного производства), показатель денежного предложения (логарифм изменения агрегата денежной массы), а также показатель, характеризующий развитие кредитного процесса (логарифм суммарного объема кредитов, выданных коммерческими банками экономике, или отношение кредитов, выданных коммерческими банками экономике, к денежной массе).

Для повышения качества построенных моделей в них экзогенно вводился также показатель разрыва ВВП России, чтобы учесть фактор влияния спроса на белорусские товары со стороны основного внешнеторгового партнера, и номинальная ставка рефинансирования, которая является показателем «жесткости» денежно-кредитной политики Национального банка и выполняет роль важного индикатора для коммерческих банков при установлении процентных ставок.

В процессе проведенного анализа удалось выявить статистически значимое влияние денежной трансмиссии в рамках кредитного канала на изменение не только реального объема промышленного производства (как в предыдущем исследовании), но и реального

ВВП. Наиболее заметно действие этого канала демонстрирует модель, которая содержит в составе своих переменных логарифм суммарного объема кредитов, выданных коммерческими банками экономикеПоскольку производство также положительно откликается на увеличение отношения объема кредитов к денежной массе, то можно сделать вывод, что выявленная ранее связь между реальным выпуском и предложением денег опосредуется через канал кредитования. Полученные результаты свидетельствуют также о повышении роли кредитного канала денежной трансмиссии в белорусской экономике.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *