Теоретические корни концепции наукоемкого предпринимательства

Концептуальное представление о фирме и предпринимательстве в современной экономической теории уже давно вышло за рамки неоклассической теории фирмы с ее практически невыполнимыми ограничениями абсолютной рациональности. Альтернативные концепции появились в попытках объяснить, что такое фирма как экономический феномен, отчего она возникает и по каким принципам организуется, как функционирует «изнутри». К наименее развитым направлениям теоретической мысли относится изучение фирм, чьи продукты наукоемки и высокотехнологичны, фирм, производящих воплощенные в технологиях знания.

Эмпирические данные свидетельствуют, что из-за специфики производимых продуктов -высокоспециализированных знаний в различной форме, — а также используемых наукоемкими фирмами ресурсов — интеллектуального капитала — «производственные процессы» в них серьезно отличаются от процессов производства материальных продуктов; организационная структура формируется по иным принципам; стратегия фирмы и ее взаимоотношения с другими экономическими агентами строятся по специфическим ценностным осям; наконец, отличаются причины возникновения фирм.

В данной статье мы даем обзор важнейших концепций, направленных на учет инновационного фактора в деятельности фирмы, и уточняем представление о современном состоянии экономической мысли по предмету наукоемкого предпринимательства.

Хотя в теории наукоемкого предпринимательства принимаются основные инструменты неоклассической теории фирмы — теория субъективной стоимости и предельный анализ, — гораздо большую роль в ее развитии сыграли работы, возникшие как критика неоклассической теории фирмы.

Йозеф Шумпетер одним из первых указал, что классическая политэкономия не заметила в предпринимателе главного: особых организационных умений, требуемых для ввода новых продуктов и процессов на рынок (1912). Роль предпринимателя — «реформировать … способ производства путем поиска изобретений или … неопробованных технологических возможностей» (1942). Два основных положения работы Шумпетера о предпринимателе — это взгляд на инновации как нечто революционное, а не постепенное и кумулятивное, и переход инновационного лидерства от индивидов к крупным фирмам по мере созревания капитализма. На идеях Шумпетера об эндогенном технологическом прогрессе строится целый ряд моделей, обусловливающих развитие фирмы результатами ее инновационной деятельности.

Разделительная черта, проведенная Фрэнком Найтом между риском и неопределенностью (1921), и вытекающая отсюда важность способности видеть в других людях умения выполнять предпринимательскую функцию стала, как отмечает Мартин Рикеттс, теоретическим обоснованием появления венчурных капиталистов, финансирующих высокорисковые старт-ап фирмы. Найт говорит и о необходимости выделять обособленно риски технологических изменений. «Хотя невозможно описать новое изобретение заранее, до того, как оно сделано … понимая, что технологические изменения являются результатом целенаправленного применения ресурсов, можно предугадать результаты настолько, что становится возможным даже нанять человека и занять капитал за фиксированное вознаграждение, чтобы сделать изобретение реальностью».

Уильям Баумоль (1968) отмечает, что лишь Шумпетеру и Найту удалось наполнить жизнью предпринимателя, — в классической политэкономии бывшего некой «тенью», не выполняющей конкретных функций, — и наделить его деятельностью». Баумоль предложил рассматривать предпринимателя не как получателя ресурсов извне, а как их созидателя (например, выполняя исследования и разработки), и изучать влияние внешней среды (как налоговых стимулов) на желание предпринимателя или коммерчески использовать полученные знания, или сворачивать исследовательскую работу (ИР), переходя к простому «поиску ренты».

Комплиментарной к позиции Шумпетера является и теория, представляющая роль предпринимателя не только во внедрении технологических инноваций, но и в раскрытии и использовании всех экономических возможностей в рамках имеющихся технологий — т.е. фактически в процессе диффузии. Израэль Кирцнер (1973) идентифицирует три вида открытий в зависимости от степени очевидности и степени интерпретационных сдвигов (результаты поиска или реакции; интуитивная прозорливость; озарение свыше), что расширяет видение возможностей прибыли через признание возможностей «улучшения» («betterment»).

Особенно важными концепциями неоавстрийской школы являются выделение «локальных знаний» (знаний людей, местных условий и специальных обстоятельств, например, места и времени) Фридрихом фонХайеком (1945) и «некодифщируемых знаний» (знаний, которые сложно или невозможно передать другим на словах или в форме письменных документов или отпечатков) Михаэлем Поланъи (1967).

Неспособность неоклассической теории фирмы объяснить ее структуру и ее существование вообще обусловили появление неоинституциональной теории фирмы (Рональд Коуз(\9Ъ1), Оливер Уильямсон (1985) и др.), из которой теория технологического предпринимательства заимствует понятия трансакционных издержек, агентства, оппортунистического поведения, специфичности ресурсов, прав собственности. В частности, Армен Алчиан и Харольд Демзетц (1972) расматривают фирму как «специализированный рыночный институт по сбору, сопоставлению, и продаже входящей в нее информации». «Эффективное производство с гетерогенными ресурсами — это результат не владения лучшими ресурсами, а более точного знания относительной производительности этих ресурсов».

Однако, анализируя природу фирмы, коузианская школа принимает для своего анализа технологию как данность; эндогенные технологические изменения не являются частью их анализа. В концепции «интегрированной базы обучения» Альфреда Чандлера (1962,1977), основанной на эмпирическом анализе становления и эволюции корпораций в США с конца XIX в., в отличие от коузианского подхода технологические изменения были признаны осью, вокруг которой посредством вертикальной интеграции с поставщиками и оптовыми покупателями вырос весь корпоративный бизнес: «База обучения» фирмы основана не на ключевой компетенции или освоении новой технологии, а на специальном изучении уникальных для этой фирмы комбинаций технологических вызовов, профиля рынка, способов дистрибуции и т.д.

Ресурсная теория фирмы вошла в научное поле с книги Эдит Пенроуз «Теория роста фирмы» (1959), в которой современное корпоративное предприятие представлено как организация, администрирующая набор человеческих и физических ресурсов. Люди и команды людей, оказывающие фирме услуги, постоянно обучаются тому, как наиболее эффективно использовать производственные ресурсы фирмы, предоставляя ей тем самым такие производственные возможности, которыми не обладает никакая другая фирма, работающая в той же отрасли, но не накопившая такого опыта.

Наряду с Пенроуз, рассматривающей технологию и промышленные ИР в качестве одного из источников новых возможностей для продуктовой диверсификации, в русле ресурсной теории фирмы работали Фредерик Шерер (1980), идентифицировавший технологические возможности как один из самых важных факторов, обусловливающих различие инновационности между отраслями, и Адам Иаффе (1989), который, пытаясь найти количественное выражение технологическим возможностям, утверждал, что ИР и технологии должны рассматриваться как ряд определенных технологических областей. Уильям Лазоник (2006) отмечает, что ресурсная теория фирмы «фокусирует внимание на характеристиках ценных ресурсов, которыми обладает одна (инновационная) фирма, и которые конкурентным фирмам тяжело симитировать; однако, она не проливает свет на то, почему и как некоторые фирмы аккумулируют больше ценных и неимитируемых ресурсов, чем другие, и что вообще делает эти ресурсы ценными и неимитируемыми».

Независимо от ресурсной теории в своей «Эволюционной теории экономических изменений» Ричард Нельсон и Сидни Уинтер (1982) изучают крупные промышленные корпорации, основанные на организационных способностях, характеризующихся некодифи-цируемыми знаниями и воплощенных в организационных рутинах. В модели Нельсона и Уинтера поведение фирм характеризуется «ограниченной рациональностью» (концепция Герберта Саймона, 1978-82); процесс принятия решений основан на рутинах, инерционности и кумулятивности. Фирмы могут модифицировать свою производительность путем либо имитации (фирма приобретает лучшую практику отрасли), либо инновации. Выделяется три типа инноваций: основанные на науке (источником их являются внешние для фирмы ИР); кумулятивные (опыт предыдущего периода) и инкрементальные инновации. Позднее (1991) Нельсон высказал идею

о том, что «источником устойчивых, трудно имитируемых различий между фирмами в большей степени, чем распоряжение отдельными технологиями, являются организационные различия, особенно… в способностях генерировать инновации и получать от них пользу. Конкретные технологии гораздо легче понять и имитировать, чем более широкие динамические способности фирмы». Другие выдающиеся ученые, работающие в русле эволюционной теории фирмы, — это Дэвид Тис, Гарри Лизано, Брюс Когут, У до Цандер .

Два известнейших идеолога «менеджерского» подхода- Майкл Портер и Питер Друкер. В то время как Портер источником успеха конкурентной стратегии фирмы считает учет сил рынка, а роль технологии видит в обеспечении управления средствами реакции на изменение внешних факторов, Друкер сосредотачивается на внутренней организации фирмы, признаваемой важнейшим источником инновационности.

Признание того, что информация не является абсолютно доступной (неоавстрийская школа) и что издержки трансакций являются нулевыми (неоинституционализм), раскрыли концептуальные рамки для анализа особого, инновационного типа предпринимательства, тесно взаимодействующего с секторами-потребителями технологических инноваций.

Появление в исследованиях тематик, «основанных на новых технологиях фирм» (ФОНТ), обозначено серединой 90-х гг., когда стали знаменитыми «Кремниевая долина» Стенфордского университета и «Дорога» 128 MIT, Бостон, в США. В книге Рэя Оуки,

Роя Ротвелла и Сары Купер (1988) рассматриваются методологические вопросы определения высокотехнологичных отраслей, влияние промышленных связей на инновации в фирме, менеджмент исследований и разработок и региональные аспекты ФОНТ. Важным выводом из книги является то, что высокотехнологичные промышленные агломерации создают очень высокий и географически концентрированный уровень спин-офф фирм, для которых вероятность выживания и роста велика благодаря особенно «плодородной» среде с высокотехнологичными ресурсами. Другие исследования, пробудившие интерес мировой науки к данной тематике — работы Анны Ли Саксениан, изучавшей полупроводниковые старт-ап фирмы в «Кремниевой долине» США (1994), и Джона Алика и др. (1992) о спин-офф как технологиях из военного сек-тора, применяемых в гражданской промышленности.

Взаимодействие науки и промышленности стало предметом анализа в работах Д. Мауэри, Б. Мартин, А. Салтер, П. Па-телъ, Ж. Гриличес, К. Павитт, Э. Штайн-мюллер, О. Гранштранд, Э.Менсфилд и др. Постепенно выделяются как самостоятельные работы по вертикальному трансферту технологий из сектора науки в сектор производства посредством коммерциализации. Популярными становятся книги, раскрывающие механизм осуществления инновационного процесса на уровне фирмы, — Стивена Уилрайта «Революционизируя развитие продукта» (1992), Йюргена Хаушилъда (1997), Роберта Купера «Продуктовое лидерство. Создание и запуск новых продуктов» (2000).

Концептуальные блоки теорий, основанных на технологиях фирм, объясняющих принципы функционирования фирм, продуктом которых являются технологии, были заложены совсем недавно Эркко Аутио (1997) и Ове Гранштрандом (1998). Гранштранд критикует видение технологии в различных теориях фирмы. Разрабатывая отдельные элементы новой теории на основе анализа крупнейших технологических корпораций мира, Гранштранд выбрал в качестве системы отсчета технологическую диверсификацию в продуктово-технологической матрице компании и предположил, что эволюция фирмы, основанной на технологиях, должна привести ее к мультитехнологичной корпорации. Аутио же применяет для анализа фирмы и ее места в экономике системный подход, что позволяет ему выделить роль внешних связей для развития наукоемких фирм.

Особое внимание в современной экономической литературе сосредоточено на таких новых формах производства знаний, как корпоративные и исследовательские «спин-офф» фирмы, т.е. ответвившиеся от корпораций или научно-исследовательских организаций фирмы, занимающиеся коммерциализацией результатов ИР субъектов, от которых они ответвились. Подытоживая анализ данного направления экономической мысли, отметим, что оно не оформилось еще в цельную концепцию спин-офф предпринимательства, однако, несомненно, выиграет от большого количества эмпирических исследований, проводимых сейчас в мире по данной теме.

Параллельно с теорией технологоемких фирм формулируется предпринимательская теория фирмы Марка Кассона (1998), которая перестраивает теорию фирмы с позиций потоков физических ресурсов на новую ось — потоки информации и управление ими. Учет потоков знаний в фирме — аспект, на которым предыдущие теории не фокусировали внимания. Кассой подчеркивает, что в своем бизнесе предприниматели стремятся снизить трансакционные издержки и улучшить качество потоков информации путем приобретения доверия через долговременное сотрудничество и использование силы власти. Поэтому, по Кассону, теорию фирмы нужно строить вокруг предпринимателя как ключевого игрока.

Следует отметить также концепцию «социальных условий инновационного предприятия» Мэри О Салливан и Уильяма Лазоника (2000). В ее центре стоят вопросы роли выработки стратегии, финансирования, организации инновационной фирмы, т.е. изучается, какой тип людей способен и желает сделать стратегические инвестиции, способные привести к инновации; как эти люди мобилизируют ресурсы; как они создают стимулы для людей, работающих в иерархической и функциональной системе разделения труда, кооперироваться при воплощении инновационной стратегии.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *